«Кто ты, сын мой?» (Быт. 27:18).
Интересно, предполагал ли Иаков, что его отец Исаак задаст этот вопрос? Вероятно, он надеялся, возможно, даже молился о том, чтобы не было никаких разговоров. Что его отец молча насладится блюдом, которое подал ему Иаков, благословит его, и он уйдет из шатра. Так просто, без препятствий. Теперь же, когда Иакову был задан этот вопрос, он должен был ответить на него.
Но что же ему ответить? «Я Иаков, твой сын»? Это было бы честно, но в то же время его отец узнал бы, что его собирались обмануть. Более того, что произойдет с желанным благословением? Превратится ли оно в проклятие? Иаков решил солгать и ответил: «Я Исав, первенец твой» (ст. 19). Он притворился братом, чтобы получить благословение. Очевидно, испытывая сомнения, Исаак предпринял дальнейшие попытки выяснить, кто же подает ему есть. В конце концов Иакову удалось выдать себя за своего брата, и Исаак благословил его.
Несколько лет назад я беседовал с руководителем церкви об использовании СМИ в евангелизме. Он провел примерно двадцать лет в служении СМИ. В нашем разговоре он сказал: «Как адвентисты седьмого дня мы всегда были пионерами в использовании новейших видов СМИ в общественном евангелизме. Чтобы рассказать Трехангельскую весть еще большей аудитории, в девяностых годах мы начали использовать спутниковый евангелизм и несколько лет спустя открыли телеканалы. Вскоре мы будем управлять самой большой христианской телевизионной сетью во всем мире.
Благодаря использованию различных видов СМИ мы охватили и продолжаем охватывать благой вестью о любящем Боге миллионы и миллионы людей по всему земному шару. Какое огромное благословение!» Затем он сделал небольшую паузу: «Знаете, иногда мне интересно, не склонны ли мы вещать о прекрасном и совершенном „мире веры", который не соответствует тому, что происходит в нашей повседневной жизни». Он снова сделал паузу: «Мы в основном фокусируемся на том, чтобы рассказать, во что мы должны верить и как должны проявлять нашу веру, но, таким образом, мы часто не замечаем своих недостатков, нужды и греховности. Нам трудно признаться себе и другим в том, что мы не такие хорошие, как нам хотелось бы, и мы часто не соответствуем тому „идеальному вероисповеданию", о котором вещаем».
Мы как сообщество верующих сталкиваемся с такой же проблемой, когда делимся своей верой, желая помочь узнать Бога как можно большему количеству людей. Имея такую цель, мы испытываем искушение сконцентрироваться на том, чтобы показать идеал, а не реальность. Почему?
Во-первых, все стремятся к идеалу. Во-вторых, истории про некий идеал оказывают больший эффект на слушающих1. Истории о неудачах и недостатках не такие убедительные, как истории об успехах, не так ли? В-третьих, когда мы делимся верой, мы рассказываем о Божьем законе, общепринятых истинах и принципах, независимых от культуры, времени и других людей2. В-четвертых, мы ведь рассказываем о Боге, а не о себе, о Божьей благости и милости и о Его плане спасения человечества. И, наконец, мы не хотим, чтобы люди утратили доверие к Богу и отказались от веры из-за нашего несовершенства. Все это побуждает нас вещать об идеальной вере и совершенной жизни.
Наше беспокойство о том, что люди не уверуют в Бога, когда увидят нашу греховность, может привести к тому, что мы будем скрывать свои менее приятные стороны и пытаться казаться лучше, чем мы есть на самом деле. Рассказывая о нашей вере, мы начинаем больше думать о внешних проявлениях, чем о том, чтобы донести ее суть и раскрыть ее характер, о том, как нас будут воспринимать, а не о честном разговоре и существующих проблемах и переживаниях. Нам легче транслировать «идеальную» веру, используя СМИ, чем при личном общении, так как в таком случае между людьми стоит средство (телевидение, радио, соцсети и т. д.). Так мы можем сохранить дистанцию между хорошо освещенным, хорошо выглядящим духовным опытом и настоящим опытом веры, видимым при дневном освещении.
В центре нашего желания казаться лучше находится страх отвержения — как отдельного человека, так и сообщества верующих в целом. Мы говорим о Божьем совершенстве, Божьем законе, об универсальных истинах и принципах, и это своего рода отвлекающий маневр для того, чтобы умолчать о наших недостатках. Однако, когда мы делимся своей верой, наша цель не убедить других в том, что мы хорошие, а убедить в том, что Бог благой, добрый и милостивый. Не в нас, а в Боге люди обретают прощение и жизнь.
Когда Иаков направлялся на восток, Бог открылся ему как Спаситель и благословил его. Бог сделал это не из-за того, кем был Иаков, а не взирая на то, кем он был. Иаков хотел получить благословение, но не заслуживал его; он получил его исключительно по причине того, кем был Бог (см. Быт. 28:10– 12).
Эти рассуждения важны не только для тех, кто участвует в служении СМИ. В цифровом мире, среди бурного потока сообщений, постов и видео миллиарды людей по всему земному шару испытывают напряжение между своим настоящим «я» и «я», представленным в социальных сетях. Мы живем в искусственном, тщательно сконструированном, хорошо организованном, приукрашенном цифровом «мире селфи». Однако фундаментальный вопрос «кто я?» для многих из нас является насущным вопросом бытия — вопросом, на который мы должны обратить внимание. Отражает ли в конце концов итог того, о чем мы рассказываем всему миру на разных платформах СМИ, наш ненастоящий, безупречный и преувеличенный образ? Или мы позволяем людям увидеть более точную и реалистичную картину того, кто мы есть на самом деле?
Двадцать лет спустя Иаков решил вернуться домой. Испытывая страх и волнение, он готовился к встрече со своим братом Исавом. Ночью неожиданно началась борьба между Иаковом и незнакомцем. В разгар борьбы Иаков сказал: «Не отпущу тебя, пока не благословишь меня». Неужели он все еще не был уверен в благословении после всех этих лет?
«Как тебя зовут?» — спросил в ответ незнакомец. Полагаю, что Иаков был удивлен, если не шокирован, услышав тот же вопрос, что задал ему отец двадцать лет назад: «Кто ты?» Притворится ли Иаков опять кем-то другим, чтобы получить благословение? Или на этот раз он будет честен независимо от последствий?
«Иаков», — ответил он. Наконец-то он не побоялся быть самим собой — Иаковом, тем, кто «хватается за пятку», тем, кто обманывает.
Вера — это всегда что-то личное, относительное, то, что проявляется в нашей жизни. Вера охватывает все наше существо. Для того чтобы делиться верой, нужно рассказывать о наших успехах и неудачах, нашей борьбе и трудностях, о том хорошем и плохом, что есть в нашей жизни. Библия не боится уязвимости. Авторы Библии открыто рассказывали «всю» историю с ее мрачными эпизодами, а не только «идеальные истории» об «идеальных людях».
Во время неожиданной встречи с Богом Иакову пришлось столкнуться с самим собой. Он признал, кто он такой. Осмеливаемся ли и мы идти той же дорогой, делая себя уязвимыми, чтобы другие могли видеть «настоящих» нас? Божья любовь, доброта и милость создали для Иакова безопасное пространство, в котором он мог быть собой. Бог верен. Он предоставляет такое же пространство и для нас.
Клаус Поуп — генеральный директор «Stimme der Hoffnung» («Голос надежды»), Европейского медиацентра Церкви адвентистов седьмого дня. Живет в Альсбах-Хёнлайн, Германия.
