Будьте единомысленны между собою; не высокомудрствуйте, но последуйте смиренным; не мечтайте («не мните» — ИПБ) о себе (Рим. 12:16).
Смиренного человека меньше всего будет тревожить, как люди думают или судят о нем. Апостол Павел так выразил эту истину: «Для меня очень мало значит, как судите обо мне вы или как судят другие люди; я и сам не сужу о себе» (1 Кор. 4:3). И это понятно, почему такое происходит с человеком: если он полюбил всей душой Господа, отдал Ему всего себя, в нем умрет его гордое «я» — он «сораспялся Христу», и уже не он живет, но живет в нем Христос (см. Гал. 2:20). В душе истинного христианина не живет дух гордыни, себялюбия, высокомерия. В ней живет любовь Христа. Он становится смиренным, незаносчивым и не мнит о себе. О том, что кто-то или что-то может унизить его достоинство, не может быть и речи. Да и о чем можно переживать, если наша жизнь в свете вечности сверкнет молнией — и мы исчезнем, превратившись в пыль?! Подлинной ценностью, не исчезающей вовеки, является только преображенная, возрожденная душа, которую и воскресит Господь. Истинное дитя Божье не может унизить, огорчить, вывести из равновесия ни насмешки над ним, ни брань, ни ядовитые и пошлые слова в его адрес, ни волчье завывание его недругов. И это отнюдь не демонстративный хладнокровный стоицизм и не результат психотерапевтических усилий, нет! Это — новое творение, это — результат Христовой смерти, Его креста, «которым, — как свидетельствует апостол, — для меня мир распят, и я для мира». Вот таков смиренный человек — блажен он!
Однажды в Потсдаме на площади перед дворцом собралась толпа, которая сильно шумела. Король Фридрих приказал своему адъютанту сходить и узнать, что это за шум. Вернувшийся офицер сообщил королю, что кто-то написал жестокий памфлет на короля и прибил его очень высоко на стене дворца, а огромная толпа теснится около стены, стараясь прочесть пасквиль, но это ей удается с трудом. Сообщив об этом, адъютант поспешил прибавить, что дворцовая гвардия уже уведомлена и немедленно рассеет толпу. «Ничего этого не нужно, — приказал король, — а прикажите снять бумагу и прикрепить ее пониже, чтобы все, кто хочет, могли ее читать без всякого затруднения!» (В. Артемов).
