Вторая жизнь Джули Хатчинсон началась 27 лет назад. Все эти годы 58-летняя жительница Риверсайда, штат Калифорния, США, отмечала годовщину пересадки сердца в кругу близких.
Мы называем этот день «днем рождения», поскольку в этот день отмечается и годовщина пересадки, и мой второй день рождения новой жизни», — говорит она об особом времени празднования. Я никогда не встречалась с семьей донора сердца и не знаю, кто они, но в день моего «дня рождения» их память о моем новом сердце очень важна».
По словам Лизет Столетний, кардиолога по пересадке сердца и сердечной недостаточности в Международном институте сердца, Хатчинсон относится к числу самых долгоживущих пациентов, получивших пересадку сердца в зрелом возрасте в клинике Университета Лома Линда (LLUH). Хотя подобные ситуации возникают у педиатрических пациентов, которые получают трансплантаты в младенческом возрасте и доживают до взрослого возраста, для взрослых людей, получающих трансплантаты сердца, это менее характерно.
Средняя продолжительность жизни при пересадке сердца у взрослых составляет около 12 лет, поэтому Хатчинсон, прожившая со своим новым сердцем 27 лет, с большим отрывом опередила всех, сказал Столетний. Этот факт является «исключительным», — сказала Столетний, которая также ухаживала за Хатчинсон во время последующего диагностирования и лечения рака. «Она выжила».
Поначалу изумленная Хатчинсон с трудом восприняла новость о том, что ей необходимо новое сердце, и свой диагноз — вирусная кардиомиопатия — редкая форма сердечной недостаточности, проявляющаяся в виде слабости сердечной мышцы. Ее здоровье резко ухудшилось за несколько недель до поступления в Медицинский центр Университета Лома Линда (LLUMC) во время праздника Благодарения 1993 года. Она внезапно перешла от жизни энергичной, занятой матери к жизни практически прикованной к постели в своем доме, с кислородным баллоном и «фармацевтической установкой» под рукой.
«В то время у меня был двухлетний ребенок, который был очень напуган тем, что происходит с мамой, поэтому все должны были быть очень решительными рядом с ней».
Мать и стойкий боец, Хатчинсон провела первые семь месяцев 1994 года, восстанавливаясь после трансплантации, в изоляторе номер семь на седьмом этаже LLUMC. Система жизнеобеспечения поддерживала ее в течение нескольких дней, предшествовавших операции по пересадке нового сердца. После пробуждения она начала бороться с последствиями атрофии: заново училась поднимать руки, ходить, сидеть, стоять, есть и говорить, как раньше.
Встреча с проблемами со здоровьем или госпитализация, особенно в сезон отпусков, — это очень неприятный опыт, который Хатчинсон хорошо известен. Она делится крупицами мудрости и тактикой, которые помогли ей пережить эти трудные моменты, в надежде помочь другим людям, оказавшимся в подобной ситуации.
По словам Хатчинсон, много раз в больнице ей казалось, что она не сможет пережить предстоящий день. В такие моменты она черпала силы у своей веры и следовала совету своего пастора — идти минута за минутой. Разбивая время на кусочки, проходя минуту за минутой, а не тревожась о пугающей перспективе предстоящих недель, Хатчинсон помогла себе снять стресс и тревогу.
Еще одним способом, который ей очень помог, было обдумывание или планирование какого-либо мероприятия или поездки после выписки из больницы. «Я люблю гулять в горах, поэтому у меня была фотография гор в Большой Медведице. Я мечтала и думала о том, что буду достаточно здорова, чтобы поехать».
И все же, в конечном итоге, именно обильная атмосфера любви и сострадания между Хатчинсон и другими людьми, по ее словам, несколько раз побуждала ее бороться за жизнь. Ее окружала система поддержки, состоящая из команд по уходу, церковной общины, друзей и семьи.
«Всегда есть с кем поговорить, даже если нужно, просто поплакать», — говорит она.
Медсестры и врачи из кардиологических отделений и отделений трансплантации проявляли сострадание и внимание к физическому и эмоциональному состоянию Хатчинсон — особенно медсестры в ночное время, когда, по словам Хатчинсон, она переживала, что может больше никогда не увидеть свою дочь.
В 2010 году, когда Хатчинсон проходила часть курса лечения от неходжкинской лимфомы в Онкологическом центре LLU, команды по уходу снова оказали Хатчинсон такую же поддержку. Кардиологическая и онкологическая команды координировали ее лечение, разработав протоколы для контроля состояния ее сердца во время кардиотоксической химиотерапии и посещения во время инфузий.
Столетний говорит, что она восхищается стойким позитивным настроем Хатчинсон. «Всегда приятно видеть ее, потому что она такая, какая она есть, очень жизнерадостная и счастливая от того, что жива. Некоторые видят стакан наполовину полным, но она всегда видит стакан совершенно полным», — сказала она.
По ее словам, Хатчинсон помогли справиться с болезнью крепкие связи с командами по уходу. Хатчинсон также опиралась на своего школьного возлюбленного и мужа Тома, а также на остальных членов своей семьи. На стенах седьмой палаты висели фотографии семьи и красочные рисунки ее дочери. «Эти фотографии были первым, что я видела, когда просыпалась, и последним, что я видела перед сном».
Кейтлин, дочь Хатчинсон, постоянно была в центре внимания и мотивировала ее на исцеление. Сегодня 30-летняя Кейтлин получила степень бакалавра в области сестринского дела и степень магистра в области общественного здравоохранения в LLU. По ее словам, свою преданность медицине она приобрела, наблюдая за тем, как ее мать преодолевает трудности со здоровьем.
«Удивительные люди, которые работали над тем, чтобы я могла расти с мамой, — вот что заставило меня выбрать сестринское дело в качестве профессии», — сказала она. «Это породило во мне стремление улучшать жизнь других людей и оказывать такое же положительное влияние на жизнь моих пациентов и их семей, какое оказал на мою жизнь Университет Лома Линда».
В январе Хатчинсон планирует отпраздновать свой 28-й «день рождения» вместе с Кейтлин, Томом и близкими — в том же месяце она ожидает встречи со своим первым внуком. Кейтлин планирует, что ее ребенок сделает первые дыхания новой жизни в LLUMC, как она сама в детстве, и, в некотором смысле, как Хатчинсон в 1994 году, когда у нее появился новый шанс на жизнь с новым сердцем.
«Не проходит и дня, чтобы я не была благодарна».
Лиза Обри, Новости Университета здоровья Лома Линда
По материалам Adventist Review
